Фото: МК-Кавказ
Когда мы думаем о великих композиторах, их образы часто неразрывно связаны с Петербургом, Москвой или европейскими столицами. Но в творческой биографии Сергея Прокофьева есть особая, южная глава, написанная на Кавказских Минеральных Водах. С 1909 по 1941 год он приезжал сюда восемь раз — не только лечиться и отдыхать, но и творить. Сам композитор с улыбкой говорил, что в этот период он «прокавказился». Что же находил гениальный музыкант в Кисловодске и Ессентуках? Ответ — в его личных дневниках.
Первое знакомство Прокофьева с КМВ состоялось в августе 1909 года. Тогда 18-летний Серёжа приехал с матерью в Ессентуки. Впечатления юного дарования были самыми живыми: «Толпы нарядной публики, гуляющей целый день в парке, производили на меня приятное впечатление», — записал он в дневнике, отметив, что сам чувствовал себя настоящим джентльменом.
Однако настоящей любовью композитора стал Кисловодск. Уже в 1911 году он поселился на даче купцов Ушаковых (ныне известной как «Дача Шаляпина»), а через год закончил здесь Вторую сонату для фортепиано и сам блестяще её исполнил. В 2016 году в память об этом на здании литературно-музыкального музея установили мемориальную доску.
Кисловодск оказался настолько дорог сердцу Прокофьева, что даже спустя годы, оказавшись на французском курорте Руайя, он сравнивал его с Кавказом не в пользу Европы. «Парк величиной в полдесятины. Едва шагнёшь, как уже конец. Я привык к Кисловодску, Ессентукам, а это дыра, дыра и дыра!» — возмущался композитор.
Особый след в душе маэстро оставил и курортный роман с Ниной Мещерской. В 1914 году он писал, что первую неделю в Кисловодске посвятил «безделью и шахматам в парке», а затем дал благотворительный концерт на даче возлюбленной. Тот вечер едва не сорвался из-за винта, дребезжавшего в рояле, но публика всё равно принимала Прокофьева с восторгом.
Вернувшись в СССР в 1933 году, композитор не забывал полюбившийся курорт. В конце 1930-х он отдыхал в санатории «Стеклянная струя». Именно здесь, в 1938 году, произошла судьбоносная встреча с Мирой Мендельсон, которая стала его второй женой. А когда в 1928 году Прокофьев оказался во французском Шамони, он всё равно сравнивал его с Кисловодском, признавая, что «воздух Кисловодска несравненно лучше».
Секретами этих и многих других подробностей мы обязаны двухтомнику дневников композитора, который в 2002 году опубликовал в Париже его старший сын Святослав. Эти записи пролили свет на неизвестные страницы жизни Прокофьева на КМВ.
Сергей Прокофьев ушёл из жизни 5 марта 1953 года, оставив миру «Ромео и Джульетту», «Александра Невского» и десятки других шедевров. Кисловодск навсегда остался для него не просто точкой на карте, а местом силы, где рождалась музыка, где отдыхала душа и где курортная суета казалась ему прекрасной. Сегодня, гуляя по кисловодскому парку, можно представить, как всего век назад здесь, под сенью старых деревьев, великий композитор искал вдохновение — и, судя по всему, всегда находил его.
Ранее «МК-Кавказ» писал о Василии Сафонове: маэстро, чья душа жила в Кисловодске.
Источник: mk.ru
