Всепоглощающей, почти неземной стала любовь молодого поэта Николая Гумилёва к Анне Ахматовой. И хотя их семейный союз продлился всего три года, эта история до сих пор волнует поклонников Серебряного века. На этом фоне особенно символично, что литературно-музыкальный вечер, посвящённый Гумилёву, прошёл в Кисловодске как раз в пору Медового Спаса, когда православный мир открывает череду августовских праздников. Мёд на Руси всегда считался не просто лакомством, а почти райским даром, и самые яркие впечатления у россиян традиционно ассоциируются с чем-то сладким, тёплым и искренним.Автором проникновенной программы «Золотое сердце России» выступил кисловодский драматург, поэт и либреттист Олег Ернев. На этот раз зал музея А.И. Солженицына на целый час превратился в Гумилёвский салон. Это был не просто жест памяти — Николай Гумилёв был расстрелян в ночь на 26 августа 1921 года в возрасте 35 лет. Зрителей словно провели по дороге под названием «Жизнь» — короткой, ослепительной и полной контрастов. Слушатели погрузились в историю пяти предложений, которые Гумилёв делал Ахматовой, прежде, чем она наконец согласилась, словно устав сопротивляться судьбе.Кисловодск в этой истории занимает особое место: в 1916 году здесь бывала Анна Ахматова, и об этом периоде её жизни часто пишут краеведы, упоминая имя Гумилёва в контексте их общей истории. Возможно, именно здесь, в тени гор, её сердце ещё хранило отголоски той самой любви, о которой позже останутся только стихи и горькое «Не уберегла!».Звучали стихи, среди которых особенно выделялось «Портрет» («Лишь чёрный бархат…») — одно из самых трепетных посвящений музе. А музыкальные номера, написанные Игорем Ковалевским, в исполнении Ернева превращали поэзию в романс, делая её ещё более пронзительной. Особое место в программе заняла знаменитая «Жираф» — песня, ставшая музыкальным шедевром. Ернев напомнил, что Ахматовой не слишком нравились африканские увлечения мужа, его рассказы о пустынях и экзотических землях. Как часто мы не ценим тех, кто любит нас по-настоящему, — эта горькая мысль красной нитью прошла через вечер.
Но Гумилёв был не только влюблённым поэтом. Он — офицер, дважды удостоенный Георгиевского креста за храбрость на фронтах Первой мировой, учёный-исследователь, который доказал, что пески Сахары скрывают следы древнейших цивилизаций. Не зря он писал: «Древний я отрыл храм из-под песка, Именем моя названа река…» Привезённые им из Африки артефакты и сегодня хранятся в историко-этнографических собраниях Санкт-Петербурга.В финале прозвучало стихотворение о пуле — настолько злободневное, что зал замер. Казалось, сам Гумилёв, как и Пушкин с Лермонтовым, предчувствовал свой несправедливый конец. Расстрелянный в 1921-м по сфабрикованному обвинению, он был реабилитирован только в 1991-м, и сегодня его научные труды и стихи по праву вписаны в золотой фонд русской культуры. Трагедия Анны, обронившей после его гибели: «Не уберегла!», — стала ещё одним напоминанием о том, как хрупка человеческая жизнь и как важно ценить каждое мгновение, подаренное любовью.Ранее сообщалось, что Василий Сафонов — маэстро, чья душа жила в Кисловодске.
