Прокуратура Ставропольского края изучила архивное уголовное дело № 25917 в отношении Василия Федотовича Шепеля. После тщательного анализа материалов в порядке надзора в 2001 году ведомство вынесло безапелляционный вердикт: в реабилитации отказать. Приговор военного трибунала от 4 сентября 1947 года оставлен в силе. История жизни этого человека, задокументированная в пожелтевших от времени протоколах, — это хроника осознанного предательства, которому нет оправдания даже спустя восемь десятилетий.
«Усердие» на службе у оккупантов
Василий Шепель родился в 1905 году в станице Советской Ставропольского края. Выходец из кулацкой семьи, к началу Великой Отечественной войны он проживал в Буденновском районе. Осенью 1942 года, когда Ставрополье оказалось под пятой захватчиков, Шепель не просто перешел на сторону врага, а проявил в служении новой «власти» исключительное рвение. Заняв должность старосты колхоза имени Чкалова, он стал надежным инструментом нацистской экономической политики по разграблению родной земли.
Из рассекреченных материалов контрразведки МВД Белорусской ССР следует, что Шепель беспрекословно выполнял любые распоряжения немецкого командования. Его стараниями для нужд вермахта было изъято около тысячи голов крупного рогатого скота, сотня овец, запасы зерна, фуража и овощей. Староста не щадил и своих односельчан: он организовал жесткий сбор продуктов — молока, яиц и птицы, вырывая пропитание из рук односельчан, чтобы накормить оккупационные части. Однако его деятельность не ограничивалась хозяйственными вопросами — Шепель лично подбирал местных жителей для службы в рядах нацистской полиции.
Отступление в обозе врага
В январе 1943 года, когда канонада наступающей Красной Армии стала слышна в районе, «хозяин» колхоза осознал неизбежность расплаты. Опасаясь заслуженного возмездия, Шепель добровольно покинул станицу вместе с отступающими немецкими войсками. Перед уходом он пытался посеять панику среди колхозников, призывая их бежать на Запад и пугая ложными слухами о неминуемых расправах со стороны советской власти.
Оказавшись в глубоком вражеском тылу, Шепель окончательно сбросил маску невольного исполнителя чужой воли. В марте 1943 года он добровольно вступил в ряды вермахта. Приняв присягу на верность фашистской Германии, вплоть до мая 1945 года служил в ветеринарной части гитлеровской армии. За преданность рейху он исправно получал солдатский паек и жалованье — от 80 до 120 марок ежемесячно. Его «военная карьера» завершилась лишь с окончательным крахом нацизма, когда он попал в плен к английским войскам.
Приговор истории
На следствии в 1947 году Василий Шепель не стал отрицать очевидного. Он полностью признал вину, подтвердив, что каждое его действие — от сбора провианта до присяги Гитлеру — было осознанным и добровольным выбором. Его слова были подкреплены показаниями свидетелей и документальными доказательствами. Тогда Военный трибунал войск МВД Брестской области приговорил изменника к 10 годам лишения свободы с поражением в правах и конфискацией имущества.
Спустя десятилетия современные правоохранители вновь обратились к страницам этого дела. Тщательная проверка подтвердила: Василий Шепель — не жертва обстоятельств, а убежденный пособник врага, изменивший Родине в самый тяжелый для нее час.
Память не имеет срока давности
Отказ в реабилитации — это не просто правовой акт. Это символический рубеж, подтверждающий, что наше общество обладает крепким иммунитетом против попыток пересмотреть итоги Великой Отечественной войны. Рассекреченные документы в очередной раз напоминают: предательство не имеет срока давности, а имена тех, кто кормил врага, когда страна обливалась кровью, навсегда останутся в списках позора. Справедливость может быть долгой, но она неизбежно торжествует, отделяя героев от тех, кто променял верность Отечеству на нацистские марки и паек оккупанта. История всё помнит, и сегодня закон подтвердил — прощения предателям не будет.
Источник: МК Кавказ
